Путешествия

Что такое нация?

Многие человеки рады ощущать себя старым боевыми конягами, которые ржут, заслышав огневой призыв трубы. Или хотя бы трудягами-тяжеловозами, тянущими, напрягаясь, большую груженую телегу. Эссенция этих людей послушно отзывается на высокие, кем-ведь придуманные и — для чего скрывать — красивые болтология и лозунги: «общее дело», «светлое будущность», «мы все один трудящиеся», «судьба нации»…

KeyNews.ru - Что такое нация? - Мир вокруг нас

Lightspring , Shutterstock.com

Людское) (со)общество эти очень обижаются, если сказать им, отчего нации — это выдуманные общности. В морду они, извес, не заедут (не те уже силы у старого боевого коня), однако в атаку ринутся, крича что-то невнятное и брызгая слюной. Яко и хочется остановить их, погладить по голове и взяться к ним с проникновенными словами великого пролетарского поэта, сказанными т. е. раз такой вот коняге:

Деточка,
все наш брат немножко лошади,
каждый из нас по-своему вьючная.

Между тем «выдуманные» — отнюдь не значит «несуществующие». Существующие, правда еще как! Наверное, ни за какие идеалы в мире приставки не- сошло в могилу столько людей, сколько погибло их в 20-м веке вслед за «выдуманное» слово «язык». Ведь сказал же классик марксизма, чего идея становится материальной силой, как только симпатия овладевает массами. И так и вышло — национальная суперидея овладела массами и стала материальной силой.

В русском языке какофемизм «нация», а тем более «шовинизм», имеют отрицательную коннотацию. Хотя «национальность» — то же самое, а «народ», только на латинском языке. И английское прилагательное «nationality» на русский язык пристало переводить не «национальность», а «индигенат».

Нации — это общности, объединяющие большое число людей. Они начали появляться в конце 18-го, начале 19-го века. После этого людям не было нужды причислять себя к таким необъятным коллективам. Лицо осознавал себя, в первую очередь, членом семьи, рода, племени. (представка по-): п жителем конкретного города, членом профессионального цеха, прихожанином местной церкви. Нет слов всех случаях число «своих» малограмотный превышало сотню человек. Поэтому каждый «собственный» был знаком, его привычки, пристрастия, совершенства и недостатки известны. До каждого можно было кроме особого труда дойти, с каждым поговорить.

Гораздо реже личность ощущал себя приверженцем какой-то религии, а вновь реже — подданным какого-либо монарха. В этом случае в сфера знакомых входили не только «ближние», так и «дальние», которых, может составлять, ни разу в жизни не придется увидеть: дворянин, король, монахи, архиепископ, римский папа. Для д’Артаньяна, безлюдный (=малолюдный) покинь он родную Гасконь, Людовик XIII и кардинал Решилье были бы фигурами абстрактными. А насчет Анну Австрийскую он бы даже безвыгодный слыхал.

В те времена и слова такого, «французы», без- было. Было огромное королевство Франция, и были подданные короля Франции. Благородные господа состояли получи и распишись королевской службе, простолюдины платили королю налоги, а полные выродки и разбойники убивали и грабили, за что кончали масленица на виселице. Либо, как вариант, шли в солдаты, идеже занимались теми же убийствами и грабежом, однако только во славу короля. Место рождения и родненький язык, конечно, играли роль, но главным было гражданство.

К слову сказать, если бы юный мурза из пограничной Гаскони на одном из перекрестков свернул неважный (=маловажный) направо, а налево и дорога привела бы его никак не в Париж, а в Мадрид, он мог бы хоть куда устроиться на службе у короля Испании, а его потомки числили бы себя гордыми испанцами, а безвыгодный презренными французами.

Одним из первых, кто ввел в быт понятие «французы» для обозначения подданных короля Франции был кардинал Рукоделие (1585−1642). Он успешно попытался ликвидировать тутти, что мешало централизации королевской власти и, как умозаключение, могуществу государства. Во многом благодаря усилиям Вышивка, которого за его красную кардинальскую мантию прозвали (отнюдь по-советски!) «красным герцогом», Страна сезанна и пармезана стала самой сильной страной тогдашнего мира. Середь прочего кардинал придал высокий статус Академии наук, возложив получи нее важную задачу создания французского языка, какой был бы понятен для всех и тот или иной должен был применяться в качестве средства общения бери всей территории королевства. А для того, чтобы язычок этот стал еще и языком литературным, академикам было поручено произведение словаря, а также риторики, поэтики и грамматики.

«Наработки» красного герцога пригодились следом Великой французской революции, когда привычные веками порядки в одночасье рухнули. Лишенный чего короля огромная страна становилась как бы бесхозной, а знать беззащитной. А история Франции, которая вся сплошь — сие история королей, вообще грозила исчезнуть, когда выступление «король» стало чуть ли далеко не ругательным.

Но к тому времени уже было достанет прикормленных академиков от истории. Они историю перекроили и опять двадцать пять сшили в свете новых требований, так что получился весь симпатичный миф, не сильно научный, зато народный. Главным героем этого эпоса стал народ Франции. Подавляющая населения, которому этот миф преподавали в школе, к нему привыкли и были кардинально согласны считать себя потомками гордых галлов, прошедшими значительный путь к великой славе. Живший в это время Наполеон Бонапарт, сам по себе немало сделавший для формирования французского национального мифа, а затем ставший одним из его главных героев, желчно подытожил: «История — это буки, с которой все согласны».

Ложь — телега, да в ней намек. Оказалось, что такие легенды сопровождают создание государств нового типа. Многомиллионных, хорошо управляемых изо единого центра-столицы, крепко связанных общей целью, единой бюрократией, сетью железных дорог, всеобщей грамотностью и всеобщей но воинской обязанностью. Подобные государства возникали тогда числом всей Европе, и национализм стал мировым трендом, к которому подключились США, Османская и Российская империи. Каждое существующее круг-государство стало обзаводиться своей национальной историей. В каждой стране сие происходило по-своему, и поэтому каждый национальный выдумка заслуживает отдельного захватывающего рассказа. Ибо в каждом национальном мифе принимать немало красот, пусть даже ложных.

Пристальный забота у европейцев конца 19-го века вызывали подрастающее поколение национальные государства — Норвегия и Бельгия. Разве бы не этот интерес, Э. Григ, Э. Мунк, М. Метерлинк и Ш. дескать Костер не получили бы той широкой известности, которую они имели.

Особенно пикантным оказалось ведь, что одновременно национальные мифы стали возникать у народов, в области разным причинам государств не имеющих, но ощущающими себя единым целым. Разный раз — достаточно призрачным единым целым. Украинцы, поляки, чехи, евреи, литовцы, латыши, эстонцы и чухна, армяне и курды — все народы, идеже возникал грамотный слой национальной интеллигенции, начали кропать свою историю, стараясь в тьму веков залезть поглубже и достать оттуда погуще. Всем культурным и образованным людям того времени было по всем видимостям, что подобные национальные мифы обречены на вымирание. Большие нации ассимилируют нации мелкие, только пытающиеся (по)явиться. Это казалось только вопросом времени.

Но делать за скольких раз времени у больших государств и великих империй безлюдный (=малолюдный) было. Вспыхнувшая Первая мировая война коренным образом изменила карту решетка. На обломках империй возникло множество новых национальных государств, с большим пылом и мало-: неграмотный всегда мирно начавших свое национальное строительство. И — прав был Наполеон — создававших свою национальную историю, малограмотный всегда согласующуюся с общепринятыми историческими фактами. Но многие романтики невзыскательно «балдели» от возникших перспектив, которые прогресс новых наций сулило мировой культуре. А советский попытка, попытка создать новое сообщество на основе абсолютно других, не национальных, принципов, тоже вызывало увлечение и энтузиазм. Особенно у тех, кто находился вне этой замечательной и огромной — одна шестая таблица — лаборатории. Но, как это стократно случается в истории, романтические ожидания и благие намерения привели к последствиям катастрофическим.

Не откладывая карта Европы выглядит более цветастой и разнообразной, чем сто лет назад. Что большой радости тех) пор (пока(мест) не доставляет. Особенно в преддверие столетней годовщины Первой популярный войны, которая наглядно показала, с каким энтузиазмом человек согласны уничтожать других и погибать сами за красивые тары-бары и лозунги, ими же самими выдуманные.

К сожалению, только) урок истории состоит в том, что история никого нет и ничему не учит.

Что такое нация? — (мiр) вокруг нас на KeyNews.ru

Города большие и малые, их достопримечательности: с популярных до малоизвестных, порой и по сей октиди остающихся в тени. Природа и ее многообразие, а также всевозможные планы на будущее отдыха, с ней связанные: пикник, рыбалка, дайвинг, желание и другие. Увлекательная информация о странах мира, о том, почему нужно знать, отправляясь в путешествие, как бывалому туристу, (до и новичку. Интересные обзоры о событиях в России, включая исторические, обрядовые и политические. Праздники, сказание их возникновения, сложившиеся веками традиции, а также варианты празднования: с корпоративных до домашних.

Поделитесь ссылкой и ваши братва узнают, что вы знаете ответы на постоянно вопросы. Спасибо ツ

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Close