Путешествия

Тварь я дрожащая или право имею?

Первостатейный раб тот, который считает себя свободным. Тоха

Принято считать, что мы — свободные народ, в свободной стране, живущие в свободное время. Действительно, сыны земли совершило гигантский прогресс, освободив себя из рабства, крепостного власть, 12-часового рабочего дня, от самодержцев-самодуров и боярынь Морозовых. Впрочем даже в при нынешней свободе мы далеко безвыгодный свободны…

KeyNews.ru - Тварь я дрожащая или право имею? - Мир вокруг нас

Позитив: Depositphotos

Мы кое-где закабалены еще с прицепом, чем раньше, и лет через сто-двести наши шнурки будут так же изумляться нашей несвободе, работая идеже-нибудь не больше 4 часов в день и разговаривая с государством получи и распишись другом языке.

Рождение

Как только я родился, меня ради обе ноги подтянули к потолку, хорошо встряхнув пару разик, продули легкие, обтерли, измерили, взвесили и занесли в картотеку лещадь номером Х напротив имени моей матери. В тот календа я был тринадцатым по счету и, скорее всего, легко одним из многих.

На пятой минуте моей жизни я получил свою первую оценку согласно шкале Апгар, и совсем не высокую: всего пятерку. К сожалению, сие была низкая оценка, и я был тем, кого древние спартанцы, коренным образом возможно, скинули бы со скалы, родись я маловыгодный в СССР, а в Спарте двумя с половиной тысячелетиями раньше, и, пожалуй, это не было бы такой заметный неудачей для меня тогда.

Три дня я провел в палате с другими младенцами, идеже меня, как и всех, туго пеленали так, сколько я мог едва дышать. Мне прикрепили пластиковый номерок В-13 к красной, шелушащейся ручке, троекратно в день меня приносили на свидание к матери, а в дальнейшем возвращали на свое место, к остальным. Меня так и дело разворачивали и холодными равнодушными руками трогали и ощупывали, окончательно не радуясь этому.

После выписки из роддома меня и мою маму навещал ребячливый врач. Мне прописали какие-то порошки, мази и некоторые люди медикаменты, заодно поставив диагноз «врожденный уродство бедра — хромота», и записали в группу гимнастики, идеже занимались другие мамочки с детками, у которых были тетунька или иные проблемы с опорно-двигательным аппаратом.

Ребячий сад

Яслей и детского сада мне удалось избежать. Матика рассказывала, что первый же день оказался и последним, в некоторых случаях при обходе своего нового обиталища, увидав в углу больший аквариум с разноцветными рыбками, с радостным криком: «Ыбки! Ыбки!» — я запустил обе грабли в воду, чтобы поближе познакомиться с морскими пленницами, после что и получил по ним, по рукам, через своей воспитательницы, после чего провел остаток дня в углу и слезах.

В в таком случае время с детьми обходились суровее, нежели сейчас, и даже если на горох уже не ставили и батогами в конюшне не пороли, могли запросто «отшлепать по попе» и поставить в угол на полдня.

Для протяжении недели я закатывал истерики, как только мамусечка с папой подвозили меня к саду, после чего отец с матерью сдались и выписали мне издалека мою бабушку. Согласно этой причине ранняя социализация будущего гражданина и соци-умного винта была чертовски подпорчена, благодаря заботе и любви моей бабушки заместо детсадовских строгости и обязаловки.

Школа

Со школой до сей поры оказалось сложнее, чем с детсадом. Хотел я или да и только, в школу, в отличие от детсада, ходить обязаны были по сей день, в том числе и я.

Первые четыре года прошли, хоть сказать, замечательно. Мне повезло — я любил приготавливаться: мне было интересно выводить буквы и складывать их в пустозвонство, читать про деда Мазая и зайцев на уроках чтения и говорить из пластилина на уроках труда. Можно легко сказать, я был одним из лучших учеников — вот всяком случае, наша учительница Ирина Валерьевна, светловолосая с ангельской внешностью, никогда не выводила меня пред классом и не снимала мне трусики перед всеми, вроде она это делала с другими, менее успевающими учениками. И безграмотный называла меня «дебилом» и «придурком», равно как других, моих менее успешных товарищей. Так расценивать меня стали много позже.

В школе меня, подобно ((тому) как) и остальных, натаскивали по истории СССР, давали нужных, «правильных» героев по части литературе: кто был положительный, а кто отрицательный парис, было решено за меня. Рассказывали про «стагнирующий. Ant. расцветающий Запад» и дружественные нам народы. И ставили оценки. Во всякое время ставили оценки по пятибалльной шкале, втискивая всех нас в сии пять цифр.

Инициатива, выходящая за рамки «своих положительных героев», наказывалась, альтернативные правила на историю пресекались, воображение было сродни умоброжению, стремление мысли мог быть только в строго заданном направлении и бери определенной высоте.

Нет, у нас, наверное, была неплохая, хотя (бы) в чем-то замечательная школа и хорошие учителя. Только все было решено до и за нас и всему давались чьи-в таком случае придуманные оценки.

Институт и армия

В институте было в круглых цифрах то же, что и в школе, разве что-что градус свободы стал чуть повыше.

В армии но несвобода нашего бытия и контроль сознания были максимальными: наподобие-то протестовать против «зоны-армии» и ее унижающих человеческое преимущество законов и правил было чревато отправкой на зону реальную.

В теории ты да я имели право оспорить приказ, иметь свое отзыв, но по факту мы были мясом и нас неизвестно зачем же, как невольников сто-двести полет назад, покупали для работы на чьих-ведь плантациях: генеральских дачах, в полковничьих квартирах и капитанских общагах. По (по грибы) что платили «чашкой риса» — едой и сигаретами.

По (по грибы) неповиновение с нами могли сделать всё. Почти конец.

Жизнь

Сегодня, став взрослыми и состоявшимися и живя в прошел слух свободных, демократических странах, о чем нам неустанно рассказывают, пишущий эти строки, как и тогда, питаем иллюзию свободы. Свободы выбора, совести, волеизъявления.

Нате самом деле мы все, как и раньше, являемся собственностью государства, которое дает нам ту самую иллюзию свободы — демократично поводок стал немного длиннее: многие из нас привязаны к своему гражданству, месту жительства, месту работы, обязаны в расчёте драконовские налоги, не имея ни малейшего представления получи что они тратятся, спонсировать свои армии и непременничать военнообязанными против своей воли и свободы выбора, отпустить политические программы и экономические курсы, не имея внутренние резервы повлиять на них. Большинство из нас являются заложниками своей работы, ипотеки, кредитов. Своих закостенелых стереотипов релятивно всего: настоящих мужчин и женщин, патриотов и граждан, друзей и возлюбленных.

В целях того чтобы определить, свободны мы или, возьми самом деле, нет, есть простой тест: начните бредить громко то, что вы действительно думаете. В родных местах, на работе, на службе. На своем ответственном посту, со своими соратниками, друзьями, любимыми. Попробуйте дельно оспорить, не согласиться, предложить альтернативы. Или без- согласиться радикально. И по степени давления, оглушительности молчания возможно ли крикам негодования вы поймете, насколько вы свободны.

С недавнего времени я стал убедительно осознавать, что всю свою жизнь совершал репрессалии над собой. Его постоянно совершали другие, заставляя меня стоять и дышать так, как считали нужным. Его всегда совершал и я. Я всегда, все время заставлял себя изготовлять то, что нужно было не мне, а другим. И (первый раз моя воля, мое тело, мой разумение кричали мне, что не их это коллекция, не хотят, не могут, не будут… А мне все же приходилось — в угоду чьим-в таком случае установкам, желаниям и веяниям — все промежуток времени совершать над собой усилия, совершать насилие.

Знаю, аюшки? не один я такой. Но от этого безвыгодный легче. Не легче, что вокруг такое а изнасилованное большинство. Причем большинство — либо гордящееся тем, сколько его насиловали, либо настолько деформированное, что оно принимает свою несвободу вслед свободу. Идеальные рабы, которые и не подозревают о своем рабстве.

«Нежели свободнее кажется современный человек, тем меньше держи самом деле он принадлежит себе». И. Т-в.

Паскуда я дрожащая или право имею? — Мир окрест нас на KeyNews.ru

Города большие и малые, их достопримечательности: через популярных до малоизвестных, порой и по сей день-деньской остающихся в тени. Природа и ее многообразие, а также всевозможные намерение отдыха, с ней связанные: пикник, рыбалка, дайвинг, страстишка и другие. Увлекательная информация о странах мира, о том, зачем нужно знать, отправляясь в путешествие, как бывалому туристу, скажем и новичку. Интересные обзоры о событиях в России, включая исторические, обрядовые и политические. Праздники, прошлое их возникновения, сложившиеся веками традиции, а также варианты празднования: через корпоративных до домашних.

Поделитесь ссылкой и ваши авоська и нахренаська узнают, что вы знаете ответы на полно вопросы. Спасибо ツ

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Close